Пресса

"Это перестает быть только еврейской историей"

Jewish.ru Анастасия Хорохонова

Издательство Corpus и краудфандинговый портал Planeta.ru осуществили совместный проект по сбору средств на издание "Черной книги", составленной еще в 1940-х годах Ильей Эренбургом и Василием Гроссманом. Уже через три недели после запуска кампании было собрано более половины необходимой суммы. "Черная книга: о злодейском повсеместном убийстве евреев немецко-фашистскими захватчиками во временно оккупированных районах Советского Союза и в лагерях Польши во время войны 1941-45 гг." создавалась в те дни, когда преступления против еврейского народа еще продолжались, и потому представляет собой уникальный документ той эпохи. Книга много раз издавалась на Западе, выходила в СССР в годы его распада и теперь будет впервые опубликована в России.

Был ли такой успех предопределен? Безусловно, сыграли свою роль солидная репутация издательства Corpus, кампания в СМИ и поддержка со стороны известных людей. Однако важно, чтобы идея проекта отвечала потребностям и запросам аудитории. "Каждый день запускается много новых проектов, но этот меня особенно задел, — рассказывает гендиректор портала Planeta.ru Федор Мурачковский. — Возникла острая необходимость поддержать проект “Черной книги”, чтобы о ней услышали, чтобы люди помнили и знали об этой странице истории. Мне кажется, точно так же это зацепило каждого, кто принял участие в сборе средств".

Идея российского издания "Черной книги" принадлежит переводчику, издателю и продюсеру Феликсу Дектору. "Я человек нерелигиозный, но “Черную книгу” воспринимаю как шестую часть Пятикнижия Моисеева. Она едва не стала последней главой истории еврейского народа и должна быть в каждом доме, не только у евреев. Как Библия", — уверен Дектор. Именно в его иерусалимском издательстве "Тарбут" в 1980 году вышла первая русскоязычная версия книги, которая через 11 лет была переиздана в Киеве и Запорожье.

История создания и издания "Черной книги" сама по себе уникальна, но почти не известна широкой публике. О существовании книги в бывшем СССР узнавали из выходивших в 1960-е мемуаров Ильи Эренбурга "Люди, годы, жизнь". Узнавали, но прочитать не могли. С самых первых дней войны Эренбург начал собирать материалы о массовом уничтожении еврейского народа. Красноармейцы и партизаны приносили ему дневники, фотографии, завещания, письма, которые находили в разрушенных местечках и городах. Среди огромного массива документов, собранного писателем за годы войны, были и проза на греческом, и написанная на папиросной бумаге поэма на французском, и найденная в лагере уничтожения 200-страничная драма на иврите, и стихи и записи на идиш, и дневники прятавшихся в костелах детей.

В начале 1943 года у Эренбурга появляется идея издания сразу трех книг: "Черной книги", об уничтожении евреев на территории СССР, и еще двух — о евреях-героях Великой Отечественной войны и о евреях-партизанах. В рамках Еврейского антифашистского комитета (ЕАК) была создана литературная комиссия, которая занималась прежде всего подготовкой первой книги. Эренбург планировал привлечь к этой работе многих известных писателей; некоторым из них, например, Симонову, Толстому, Шагинян, Твардовскому, пришлось от этого предложения отказаться.

Перед редакторами Эренбургом и Гроссманом стояла непростая задача по отбору и литературной обработке собранных документальных свидетельств. Подходы к работе у соавторов оказались разные. Гроссман призывал к обобщению, настаивая на том, что главная идея книги — в том, чтобы "говорить от имени людей, которые лежат в земле и не могут ничего сказать". Эренбург же считал, что только живые рассказы могут показать глубину трагедии.

Однако фактически работа в литературной комиссии велась одновременно над двумя изданиями: советским и американским. Идея издать книгу в Соединенных Штатах принадлежала самому Альберту Эйнштейну, возглавлявшему американский Комитет еврейских писателей, художников и ученых. Еще в конце 1942 года он обратился к ЕАК с предложением собрать информацию о массовом уничтожении евреев на территории СССР. Однако возникли разногласия. Илья Эренбург считал важным сначала издать на русском книгу об уничтожении евреев в Советском Союзе, а затем перевести ее на иностранные языки. Задачи американцев были шире: история евреев СССР должна была стать лишь частью планируемого ими издания. Отправка без ведома Эренбурга документов, собранных на территории СССР, в Америку еще больше обострила конфликт, и после ликвидации литературной комиссии Эренбург решил отстраниться от работы над изданием.

Литературная комиссия была расформирована в разгар подготовки книги к печати по приказу начальника Совинформбюро и официального главы ЕАК Соломона Лозовского. В редакцию книги были внесены значительные изменения, а копии исправленных вариантов в 1946 году разосланы в десять стран, в том числе в США, Англию, Францию, Палестину. Основу американского издания составили исключительно документальные свидетельства; источником той его части, что была посвящена РСФСР, послужила советская версия "Черной книги". Отрывки из этой первой редакции 1944 года были также опубликованы в журнале "Знамя" под заглавием "Народоубийцы"; под тем же названием книга вышла на идиш в печатном издании "Дер Эмес".

Согласие Советского Союза сотрудничать с США в сборе материалов об уничтожении евреев объяснялось, с одной стороны, стремлением разоблачить преступления нацистской Германии, а с другой — обещанием финансовой помощи от мировых еврейских организаций. В послевоенные годы политика СССР в отношении Германии коренным образом изменилась, и "Черная книга" стала помехой. Книга якобы создавала впечатление, что немцы воевали против СССР с единственной целью — уничтожить советских евреев, а также содержала слишком много свидетельств того, что в руки нацистов евреев отдавали их же соседи. По иронии судьбы материалы "Черной книги" стали свидетельскими показаниями не только на Нюрнбергском процессе, но и на процессе 1952 года по делу Еврейского антифашистского комитета, в результате которого многие ее составители были расстреляны. Набор "Черной книги" был рассыпан, и она так и не вышла в свет.

Основой для первого русскоязычного издания "Черной книги" послужила верстка 1946 года, отправленная в свое время в Палестину; в ней, однако, недоставало раздела о евреях Литвы. Долгие годы публиковать книгу не решались, считая ее подцензурной. И действительно, эта ее редакция составлялась с оглядкой на советскую цензуру, иначе и быть не могло. Тем не менее это не умаляет ее значимости, уверен Феликс Дектор. "Эта книга — сама по себе уже памятник. Это не только летопись того, что происходило на территориях, оккупированных немцами, но и памятник людям, которые ее создавали", — говорит он.

Следующее издание "Черной книги" вышло в 1993 году в Вильнюсе. К этому времени в руках редакторов оказались и папки "Черной книги", обнаруженные Ириной Ильиничной Эренбург в архиве отца, и переданная ей одним из друзей Василия Гроссмана верстка 1947 года, считавшаяся уничтоженной, и открытые материалы Госархива РФ, по которым можно было проследить историю создания книги в СССР. В это издание был включен и литовский раздел, и отрывки, извлеченные по идеологическим соображениям из первоначального варианта.

История "Черной книги" сложна и запутанна, многие ее детали до сих остаются неясными. Как считает доктор исторических наук, профессор Высшей школы экономики Олег Будницкий, ее переиздание требует серьезной научной работы. "Под полноценным научным изданием я понимаю книгу, в которой будут учтены различные варианты текста и будет представлен текстологический анализ, — говорит Будницкий. — Книга должна быть издана так, чтобы читатели понимали, где исходный текст, а где текст обработанный. В идеале должно быть два варианта: научное издание “Черной книги” и канонический текст, который был подготовлен к изданию". Олег Будницкий уверен, что в продвижении такого рода проектов должны быть заинтересованы государство и еврейские организации.

Главный редактор издательства Corpus Варвара Горностаева утверждает обратное: участие еврейских организаций может стать гибельным для проекта. "Я совершенно уверена, что если это будет очередная книга из серии “Российская библиотека Холокоста”, она не получит широкого распространения, что, на мой взгляд, неправильно, — объясняет Варвара Горностаева. — Если же речь будет идти о проекте издательства Corpus, которое издает очень разные книги, не специализируясь на еврейской литературе, — вот тогда у нас будет шанс сделать “Черную книгу” всеобщим достоянием, событием и культурным, и историческим, и общественным".

О сотрудничестве издательство Corpus и создатели проекта Planeta.ru думали давно. Но собирать средства на издание книг, у которых и без того был очевидный коммерческий потенциал, не имело смысла. А потом появился Феликс Дектор с идеей издания "Черной книги" — и сотрудничество состоялось. Главная идея проекта — сделать книгу доступной для широкой аудитории: она должна продаваться в книжных магазинах по невысокой цене и попасть в фонды университетов и библиотек. Средства собираются на покрытие издательских расходов, что и обеспечит доступную цену.

Важность публикации "Черной книги" в России у главного редактора издательства не вызывала сомнений. "Сегодня так все сгустилось, такая степень агрессии в нашем обществе, и немалую роль в наращивании этой агрессии и ненависти играет государство. Хочется напомнить людям, что бывает, когда ненависть переливается через край, когда один народ начинает ненавидеть другой народ по указке государства, — говорит Варвара Горностаева. — Это перестает быть только еврейской историей, а становится нашей общей сегодняшней историей, и ситуация с Украиной иллюстрирует это очень наглядно".

Проект "Черной книги" поддержали музыкант Андрей Макаревич, актриса Ингеборга Дапкунайте, писатель Виктор Шендерович, режиссеры Владимир Мирзоев и Олег Дорман. "Я откликнулся не только потому, что в “Черной книге” собраны уникальные архивные материалы. Нынешние события в России и на Украине, экстаз квасных патриотов показали, что идеология нацизма не желает, чтобы ее сдавали в архив, — объясняет Владимир Мирзоев. — Российское общество травмировано сталинизмом не меньше, чем войной, но пытается вытеснить эту травму, забыть о ней. Ресентимент, невысказанная обида, горечь утраты вырываются из коллективного бессознательного в виде фобий, агрессивных проекций. И нацизм, несомненно, одна из них. Атмосфера ненависти — к чужаку, соседу, инакомыслящему — становится в России очень густой, почти невыносимой".

О том, что государство не слишком заинтересовано в выходе "Черной книги", говорит само существование общественной кампании по сбору средств на ее издание. По мнению Виктора Шендеровича, "ждать от государства поддержки этого проекта — все равно что ждать от него самоубийства, ведь книга призывает к реальной памяти вместо мифов". "Трагедия Холокоста связана с нацистской теорией, отличие российского случая заключается в том, что мы занимаемся самоуничтожением. Сегодня нужны сотни таких книг о нашем русском ХХ веке, который до сих пор совершенно не осмыслен. Мы продолжаем жить, так ничего и не поняв", — уверен Шендерович.

Участники и организаторы проекта "Черная книга" не перестают повторять: проект не еврейский, а общенародный. "Сегодня еврей я, а завтра — ты", — эти слова Олега Дормана, сказанные им в видеоролике в поддержку "Черной книги", становятся крылатыми. Насколько эта мысль будет понятна будущим читателям, покажет время. Пока же проект собрал более миллиона рублей, его поддержали жители порядка пятидесяти городов России, а также Одессы, Киева, Иерусалима. "Проект успешен, а значит, нужен людям, значит, люди слышат отклик внутри себя и понимают, почему им важно это помнить и знать", — считает Федор Мурачковский.

"Надо отметить важный момент: даже чтобы прочесть эту книгу, когда она появится, любому человеку понадобится некоторое усилие, — предупреждает Виктор Шендерович. — И это важная проблема, потому что мы привыкли относиться к чтению как к беллетристике. Встреча с этой книгой будет для читателя травмирующей, а человек, чаще всего подсознательно, бережет свою психику от таких столкновений. Но это тот случай, когда, видимо, нужно приложить усилия. По крайней мере, общество обязано это сделать. Дальше — выбор за каждым человеком".


ЗДЕСЬ УПОМЯНУТО