Пресса

Дэвид Кроненберг. Употреблено

Галина Юзефович MEDUZA Галина Юзефович

В принципе, то же самое можно сказать и о знаменитом режиссере Дэвиде Кроненберге, дебютный роман которого только что вышел по-русски. За что бы ни брался этот человек, из любых деталей у него с чарующей непринужденностью собирается неизбежный автомат Калашникова — абсолютно узнаваемый по первым же минутам экранного времени, а теперь еще и по первым строчкам литературного текста. Строго говоря, теперь мы точно знаем, что от конкретного медиа у Кроненберга ничего не зависит: роман "Употреблено" — типичный кроненберговский фильм, только почему-то без видеоряда.

Медицинские эксперименты, колюще-режущие предметы, взгляд на мир сквозь техногенную призму, рваные раны (и следы от них), сексуальные извращения, тошнотворные спецэффекты и завиральные конспирологические теории — словом, все, к чему режиссер приучил нас за долгие годы своей кинокарьеры, присутствует в "Употреблено" в полном объеме и отменном качестве. Ключевой для Кроненберга глобальный сюжет — причудливая и пугающая трансформация человеческой телесности в эру цифровой революции — тоже на месте. Даже ощущение нервной, наэлектризованной дерганности, ставшее фирменным знаком режиссера, здесь удивительным образом присутствует — только каким-то чудесным образом реализовано оно не визуально, а вербально. Словом, еще один Кроненберг — причем at his best.

Пожалуй, этим можно было бы ограничиться (любишь Кроненберга — читай обязательно, не любишь — не читай), но жанр рецензии предполагает некоторое количество спойлеров. Не будем нарушать традиции: главные герои Натан и Наоми (редуцируя первый слог, общий для обоих, они зовут друг друга Тан и Оми) — коллеги, любовники и единомышленники. Оба они журналисты, но журналисты нового поколения. Их продукция — это смешанные в равных пропорциях эмоции, наблюдения, фотографии, видео, аудио, умело аранжированная информация из интернета и еще черт знает что. Зависимые от электронных девайсов, они мечутся по миру, изредка пересекаясь, и расследуют собственные сюжеты — по большей части крайне неприятные и даже пугающие.

На сей раз Наоми стартует в Париже, где известная женщина-философ, жена другого не менее выдающегося мыслителя, найдена в холодильнике в виде расчлененных и полусъеденных останков. Расследование Натана начинается в Будапеште, где он изучает новые методы лечения рака груди, и продолжается в Торонто, куда его приводит собственная болезнь, подхваченная во время случайной интрижки с умирающей женщиной. Дальше две самостоятельных поначалу линии начнут сближаться, приобретая попутно все больший фантасмагорический размах. Не погружаясь в детали, скажу, что ближе к финалу в дело пойдут насекомые, свившие гнездо в левой груди одной из героинь, а также голландский режиссер-авангардист, похищенный по приказу Ким Ир Сена и теперь снимающий для северных корейцев пропагандистское кино психоделической направленности.


ЗДЕСЬ УПОМЯНУТО