Пресса

Очарованный остров. Новые сказки об Италии

Лиза Новикова Ведомости Лиза Новикова

Возможно, этот проект ассоциации "Премия Горького" — один из последних чисто постмодернистских проектов. Идея простая: когда-то о Капри писали Конрад, Генри Джеймс и Моравиа, теперь выскажутся Мамлеев и Сорокин.

Писателей ни к чему не принуждали, не надо было восхвалять остров или премьер-министра. Даже поминать Горького не обязательно. Хотя именно горьковские "Сказки об Италии" с их пафосом: "Э, синьор! А как быть, если не хватает детям на макароны?" казались своеобразной подсказкой — социальные очерки сейчас востребованы не меньше путеводителей.

Но участники проекта решили иначе. В предисловии к сборнику составитель, переводчик Геннадий Киселев, рассказал об истории Капри от императора Августа до Жан-Люка Годара и предупредил, что зов "острова сирен" может привести к "полной немоте". Так что не слишком большую изобретательность всех представленных "сказок" можно списать на проказы местных сирен. История Мамлеева традиционно начинается за упокой, а заканчивается за здравие Капри. В череде персонажей запоминается даже не главный, размышляющий о смерти молодой человек Гриша, но его тесть, что "душевно был склонен к уголовщине, но сдерживал себя, а когда па­дал, внутренне ссылался на цинизм века".

Владимир Сорокин тоже использует давние наработки. Его рассказу "Допрос № 6", словно композиции художника-абстракциониста, достаточно и номера. На этот раз садисты в погонах наказывают героя-писателя за призывы к неповиновению властям. Сказать, что в антиутопических картинках Сорокина "никого не жалко", нельзя: персонажа очень даже жалко, он всего-то съездил на остров, чтобы пострадать после разрыва с любимой.

Герои Андрея Рубанова и Захара Прилепина тоже прибыли с возлюбленными. И тот и другой не скрывают своего желания нахрапом взять весь Капри, с его соленой морской водой, пещерами и виллами, помнящими зверства Тиберия. Одного героя девушка так и называет — "пещерный человек", а другой отсылает свою даму сердца, пока та тоже не начала обзываться. Герой Прилепина, увидев оставленный на гостиничном столе блокнот, не смог прочесть, что там написано. "Рассеянный путник" Максима Амелина, напротив, даже переводит с латыни украшающий какую-то виллу девиз Парацельса "Да не будет зависимым от другого тот, кто может быть самостоятельным".

Эдуард Лимонов призвал в свой рассказ тени Горького и Ницше. А Сергей Гандлевский вступил в мысленный спор с местным памятником Ленину. Почему-то писатель представил Капри полуразрушенным: мол, достанься Ильичу этот сладкий кусок, он бы тут навел порядок. Странная фантазия: как известно, от "разрухи в головах" не стоит зарекаться. Интересно, что в "новых сказках" почти нет самих итальянцев. Возможно, им теперь стоит приехать в Россию, чтобы в отместку рассказать о каком-нибудь нашем острове.


ЗДЕСЬ УПОМЯНУТО