Пять причин прочитать книгу Леонида Парфенова "Намедни. Наша эра. 1931-1940". Даже если вы не поклонник предыдущих томов этой серии

02 октября 2017
ИЗДАНИЕ
АВТОР
Галина Юзефович

В издательстве Corpus вышла книга "Намедни. Наша эра. 1931-1940" — продолжение исторического проекта тележурналиста Леонида Парфенова. Литературный критик "Медузы" Галина Юзефович рассказывает, чем новый том серии отличается от предыдущих семи, и объясняет, почему на него обязательно стоит обратить внимание.

1. Это удобный и доступный путеводитель по эпохе

Восьмой том книжного проекта Леонида Парфенова сильно отличается от семи предыдущих. Если раньше автор фокусировал внимание читателя на материальных, бытовых и эмоциональных феноменах эпохи, рассчитывая в первую очередь на радость узнавания ("У меня были такие же!" или "Я помню этот день!"), то говоря о 1930-х он пытается сформировать комплексное и концептуальное видение самого, пожалуй, драматического периода в новейшей истории страны.

Как результат, в книге рассматриваются и культурные тренды (например, "соцреализм", который сами его основатели туманно описывали как "правдивое, исторически конкретное изображение действительности в ее революционном развитии"), и важные мифологемы (вроде Павлика Морозова, официальный культ которого учреждается в 1932 году после потрясшего страну убийства двух пионеров за Уралом), и поворотные политические события (вроде строительства Беломорканала или убийства Кирова), и даже такие трудно вербализуемые вещи, как крылатое сталинское выражение "Жить стало лучше, жить стало веселей", определившее повседневный уклад СССР на годы вперед. Впрочем, материальные мелочи вроде тюбетеек, футболок-соколок (тех самых, со шнуровкой на груди, которые мы знаем по множеству изображений советских комсомольцев и физкультурников) или микояновских сосисок с горошком тоже не остаются без внимания.

То, что получается в итоге, уже не просто иллюстрированная энциклопедия быта и нравов, как это было раньше, но настоящий путеводитель по эпохе — удобный и емкий, в оптимальной пропорции сочетающий в себе панорамные съемки — с крупным планом.

2. У книги идеальная фокусировка

Умение выбрать самые "говорящие" и репрезентативные объекты, а после, грациозно перепрыгивая с одного на другой, создать цельную и непротиворечивую картину прошлого всегда было главной суперспособностью Леонида Парфенова. Вот и на сей раз он мастерски выделяет события и явления, наиболее полно отразившие облик эпохи, ухитряясь найти даже в широко известных фактах необычный ракурс.

Рассказывая о строительстве Комсомольска-на-Амуре, Парфенов одновременно говорит и о советском кинематографе (городу и его обитателям был посвящен один из первых советских блокбастеров "Девушка с характером", а также шедевр режиссера Герасимова "Комсомольск"). Описывая важную культурную новацию — парки культуры и отдыха, в качестве опорного сюжета он использует судьбу знаменитой и растиражированной скульптуры "девушка с веслом": обнаженная в столице, в провинции она стыдливо облачается в закрытый купальник с пояском. А повествуя о трагедии Голодомора 1933 года, Парфенов кратко и точно обозначает прямую связь между катастрофой села и индустриализацией, которую до сих пор считают чуть ли не главной заслугой сталинского режима.

3. Книга Парфенова встраивает СССР в международный контекст

В отличие от прежних книг серии, сконцентрированных преимущественно на внутренней жизни страны, нынешний том "Намедни" куда более глобален. Аннексия Манчжурии Японией, гражданская война в Испании, приход нацистов к власти в Германии, выход США из Великой депрессии, захват Италией Эфиопии — показывая, как все эти события влияли на действия СССР (или, напротив, ими определялись), Парфенов делает как сталинскую, так и общемировую политику 1930-х годов куда более прозрачной и понятной.

4. Автор выбрал очень удачную интонацию

Сравнительно легко сохранять нейтральную, безоценочную интонацию, когда речь идет о вегетарианских 1960-х или 1970-х годах. Гораздо сложнее удержаться от обличительного пафоса и патетики, говоря о людоедских 1930-х — и, тем не менее, Парфенов почти везде справляется с этой задачей. Даже в самых эмоционально напряженных местах (таких, как физическое уничтожение "кулаков" в 1931-м или Большой террор 1937 года) он удерживается от оценок и прямого давления на читателя: выводы о том, каким было сталинское время, тот может делать совершенно самостоятельно, опираясь исключительно на предложенные факты.

5. Прекрасный иллюстративный материал

Все книги серии "Намедни" великолепно оформлены, однако на сей раз иллюстрации превращаются в самостоятельный аттракцион. Лучший разворот в книге — панно Василия Ефанова "Знатные люди Страны Советов", которое можно рассматривать бесконечно. На нем создатели книги любовно опознали и отметили сорок с лишним персонажей — от режиссера Соломона Михоэлса до народного казахского поэта Джамбула, от летчицы Полины Осипенко до маленькой Мамлакат Нахагоновой, пионерки из Таджикистана, поставившей рекорд по сбору хлопка.