"Бесконечное число самых прекрасных форм" в названии книги Шона Кэрролла — прямая отсылка к знаменитым последним строчкам "Происхождения видов" Чарльза Дарвина: "Таким образом, из борьбы в природе, из голода и смерти непосредственно вытекает самый высокий результат, какой ум в состоянии себе представить, — образование высших животных. Есть величие в этом воззрении, по которому жизнь с ее различными проявлениями Творец первоначально вдохнул в одну или ограниченное число форм; и между тем как наша планета продолжает вращаться согласно неизменным законам тяготения, из такого простого начала развилось и продолжает развиваться бесконечное число самых прекрасных и самых изумительных форм."
Такое название выбрано Кэрроллом не просто потому, что оно очень красивое, а Чарльз Дарвин — отец всех биологов. Одна из основных посылок труда Кэрролла такова. В середине XIX века Дарвин и его единомышленники сотворили первую революцию в новейшей истории биологии. В середине прошлого столетия состоялся синтез дарвиновской теории эволюции и менделевской генетики, в результате чего внимание биологов переключилось с развития организмов на те способы, которыми они передают информацию своим потомкам. И вот, наконец, в самом конце XX века произошел "синтез синтеза", и в фокусе исследований оказалась биология развития, которая может оказаться настоящим ключом в новой революции в самой эволюционной биологии. Область, в которой уже много лет успешно работает сам Шон Кэрролл и многие другие ученые, получила название "эволюционная биология развития" — или, чтобы язык не заплелся, просто "эво-дево".
Ученых, занимающихся эво-дево, интригуют вопросы, увлекающие каждого любопытного школьника: Каким образом сложнейший организм развивается из одной единственной клетки? Как получается, что при потрясающей схожести заложенной в нас генетической информации человек так сильно отличается от обезьяны, не говоря уже о других представителях царства животных? Проблема в том и заключается, что поставить вопросы сравнительно легко, найти ответы на них сложно, а объяснить их тому же школьнику в доступной ддля него форме — практически невозможно. "Бесконечное число самых прекрасных форм" — первый опыт Кэрролла в этом жанре — гораздо больше многих других книг подходит под определение "популярная наука". Это действительно прямой репортаж с переднего края биологической науки, которая совсем недавно вступила в пору очередного расцвета. Книга Шона Кэрролла не просто набор чрезвычайно увлекательных рассказов и иллюстраций — она требует вдумчивого чтения, которое, вне всяких сомнений, будет вознаграждено.