Описание
Белосток — Москва
Рейтинг:
Ваша оценка
Читать  фрагмент


"За семнадцать лет жизни в Польше и потом более полувека в России немало довелось увидеть и испытать в нашем бурном столетии. К тому же с каждым годом все меньше остается людей, помнящих те времена" — так начинает свою книгу Эстер Гессен. Родившись в польском Белостоке в 1923 году и накануне войны оказавшись в советской Москве, Эстер испытала все — репрессии и ссылки родных, государственный и бытовой антисемитизм, голод, войну. Она помнит оттепель и застой, обещания и разочарования перестройки, помнит жизнь страны. Но на первом месте для нее стоит жизнь человека с ее горем и радостью, всегда идущими рядом. Книга Эстер Гессен — важный и ценный документ эпохи, которая еще не закончилась.

Отрывок из книги:

<...>В Польше с каждым годом ширился и усиливался антисемитизм, но мы в Белостоке знали об этом только из газет и по рассказам приезжих. У нас евреи составляли как бы государство в государстве — у еврейской общины был свой выборный совет, свой бюджет. Когда в городском парке антисемитские хулиганы попробовали нападать на евреев, еврейские молодые люди организовали отряды самообороны, подкарауливали в кустах и несколько раз так избили нападающих, что у тех пропала охота к подобным подвигам.
Евреи вообще составляли совершенно обособленную группу населения, во всяком случае в нашем городе. Скорее всего, так было и в маленьких местечках. У меня, например, первые знакомые и друзья-неевреи появились только в России, когда, после так называемого освобождения в 1939 году Западной Белоруссии и Украины, я, окончив школу, приехала в Москву учиться. И должна сказать, что позднее, во время оголтелой антисемитской кампании, разгоревшейся в СССР в последние годы жизни Сталина (и длившейся, хотя и с меньшей интенсивностью, десятилетиями после его смерти) я почти с умилением вспоминала антисемитизм в Польше. Там можно было об этом позорном явлении говорить, писать, протестовать. Здесь за такие разговоры попадали в лагерь, потому что ксенофобия была характерна будто бы только для мира капитализма, а в СССР все народы (ха-ха!) равны.


Довоенный Белосток. У фонтана на рыночной площади

Я вспоминала, как в 1937 году, после еврейского погрома в городке Пшитык, по всей Польше прокатилась волна устроенных евреями забастовок протеста; наша гимназия, в частности, тоже бастовала, за что ее лишили государственной лицензии и мой класс в 1938 году сдавал на так называемый малый аттестат зрелости (после десяти лет обучения, потом были еще два года лицея) не своим преподавателям, а комиссии из Брестского учебного округа, в ведении которого находились все школы и гимназии Белостока. А поскольку мы все предметы, в том числе физику, химию, математику и т. д., изучали на иврите, то в состав комиссии в качестве переводчика входил ксендз. Мы были, разумеется, ужасно напуганы и взволнованы. Шутка сказать: сдавать экзамены на аттестат зрелости не своим, хорошо знакомым преподавателям, а каким-то чужакам, скорее всего антисемитам. Но наши учителя успокаивали нас, говоря: "Не бойтесь, этот ксендз наверняка знает иврит несравненно хуже вас, поэтому старайтесь, отвечая, говорить как можно быстрее. Он половины не поймет, а поскольку не захочет в этом признаться, то или будет сам, переводя, исправлять ваши ошибки, или, скорее всего, не утруждая себя переводом, скажет, что ваши ответы правильны". Действительно, тем из нас, кто сумел взять себя в руки, этот совет очень пригодился. Я, например, тараторила на экзаменах не переводя дыхания и получила неплохие оценки.
А вообще экзамены на аттестат зрелости в нашей гимназии были трудны чрезвычайно. У многих не выдерживали нервы, бывали случаи, когда гимназисты попадали даже в психиатрические лечебницы. Дело в том, что выпускные экзамены сдавали тогда не так, как сегодня — в один день, скажем, математику, через несколько дней литературу, потом историю и т. д. В ту пору группа из четырех или пяти учеников сдавала все предметы в один день. Назавтра к экзаменам приступала следующая группа. В гимназиях с государственной лицензией выпускники таким образом сдавали всего несколько основных предметов, что, впрочем, тоже было нелегко, по остальным же предметам преподаватели выставляли отметки на основании показателей за весь учебный год. Мы же в своей лишенной лицензии гимназии сдавали в один день все предметы программы. Не помню точно, сколько их было, но, во всяком случае, не меньше десяти. Это была настоящая пытка, меня до сих пор бросает в дрожь при воспоминании о тех проклятых экзаменах.
Что касается забастовок протеста, то, когда я позднее рассказывала о них своим советским друзьям, те отказывались верить. Они и представить себе не могли, что такое было возможно. Ну а когда я окончила университет и больше года из-за своего "пятого пункта" не могла никуда устроиться на работу, опять напрашивались параллели. Я вспоминала, что в довоенной Польше, где евреев не брали на работу в государственные учреждения, существовало множество частных предприятий, магазинов, учебных заведений, владельцами которых были евреи, предоставлявшие работу главным образом своим соплеменникам. И опять напрашивался вывод, что в той антисемитской Польше евреям жилось легче. Не говоря уже о том, что каждый, кому не нравилась жизнь там, мог в любой момент уехать. В отличие от "первой страны победившего социализма", где у евреев не было возможности ни работать, ни бороться против дискриминации, ни уезжать.<...>


Информация о книге

  • Возрастное ограничение: без ограничений
  • Жанр: Биографии. Мемуары
  • Дата выхода:
  • ISBN: 978-5-17-083765-6
  • Объем: 224 стр.
  • Тираж: 3000 экз.
  • Тип обложки: Твердый переплет
  • Формат: 76х108x32

Отзывы о книге

Это история жизни еврейской девушки из польского Белостока, накануне войны оказавшейся в Москве. Ее мать высылают. Эстер, как многие родственники репрессированных, узнает о ее судьбе благодаря записочке, выброшенной из эшелона. "Человек, нашедший подобное письмо около железнодорожных путей, наклеивал марку и опускал его в почтовый ящик. Это было, пожалуй, единственным, что люди могли делать для жертв террора". Но делали же. Без какой-либо выгоды для себя. Из простого сочувствия шли на немалый риск. Все-таки именно такие крупицы добра, кажется, и спасли человечество в этот век-волкодав...
Борух Горин
В мемуарах Эстер Гессен можно найти весь страшный набор ХХ века: война, эмиграция, погибшие родственники и друзья (почти все), эвакуация в голодных русских городах, столкновения с НКВД, антисемитизм во всех его проявлениях ― бытовой и государственный, польский, немецкий, советский (одна из особенностей мемуаров Гессен в том, что она может сравнивать свой европейский и советский опыт). Но свою судьбу Гессен пересказывает на удивление просто и бодро ― так, что она оказывается не историей выживания, а историей жизни. О страшном говорит спокойно, фактологически, сюжетную ткань же плетет из другого ― из рассказов об удивительных судьбах и чудесных спасениях, необычных поступках и счастливых случайностях. Она все время отвлекается от основной линии повествования ради историй, которые "стоит рассказать", ― и всегда не зря. В самой структуре книги, в ритме текста, в манере Гессен чувствуется темперамент настолько витальный, что неудивительно, что самое страшное время не добралось до его обладательницы.
Interview Россия
Ольга Виноградова

Пресса о книге

Стас Жицкий
Сноб|Стас Жицкий|

Если бы не Гитлер…

"Если бы не Гитлер, то этих книжек бы не было. С одной стороны, лучше бы не было ни этих книжек, ни Гитлера, но поскольку Гитлер все равно был, то уж ничего не поделаешь, приходится этим книжкам радоваться. Не потому, что они про Гитлера, а потому, что они хорошие." Стас Жицкий рассказал о трех книгах, среди которых "Он снова здесь" Тимура Вермеша и "Белосток – Москва" Эстер Гессен.


Галина Зеленина
Лехаим|Галина Зеленина|

Стерпится — слюбится. Эстер Гессен "Белосток — Москва"

Вышли книгой законченные в 1996 году воспоминания Эстер Яковлевны Гессен, польской еврейки, а к моменту написания мемуаров — старой москвички, переводчицы с польского и на польский, невестки пушкиниста Арнольда Гессена и бабушки журналистки Маши Гессен.


Комментарии  

Комментировать

Вам нужно авторизоваться , чтобы оставлять комментарии.