Описание

Роман Владимира Сорокина "Теллурия"— это взгляд на будущее Европы, которое, несмотря на разительные перемены в мире и устройстве человека, кажется очень понятным и реальным. Узнаваемое и неузнаваемое мирно соседствуют на ярком гобелене Нового средневековья, населенном псоглавцами и кентаврами, маленькими людьми и великанами, крестоносцами и православными коммунистами. У бесконечно разных больших и малых народов, заново перетасованных и разделенных на княжества, ханства, республики и королевства, есть, как и в Средние века прошлого тысячелетия, одно общее — поиск абсолюта, царства Божьего на земле. Только не к Царству пресвитера Иоанна обращены теперь взоры ищущих, а к Республике Теллурии, к ее залежам волшебного металла, который приносит счастье.


Информация о книге

  • Объем: 448 стр.
  • Тираж: 20000 экз.
  • Тип обложки: Твердый переплет
  • Формат: 84x108/32

Комментарии  

Комментировать

Вам нужно авторизоваться , чтобы оставлять комментарии.
Дмитрий Чекан

Говоря о «Теллурии», сложно избежать всех тех эпитетов, которыми исправно снабжают Сорокина в рецензиях на каждую новую его книгу. «Блестящий стилист» - безусловно, «провидец» - само собой, но «Теллурия» интересна не только и не столько тем, что Сорокин вновь очень оперативно анализирует всё произошедшее с нами за несколько лет, вырывает из живого мяса современности самое важное и значительное и даёт прогноз, который, как бы ни был неприятен, начинает сбываться на глазах. Это мы видели в «Пире», в «Дне Опричника», отдельных рассказах «Моноклона» и других его текстах нового века. И не тем, как блистательно имитирует автор стилистику разных литературных жанров и риторику противоположных друг другу политических идеологий. На мой взгляд, главное в «Теллурии» то, что Сорокин отчасти бросает вызов своим прежним методам и подходам к тексту, концептуализму, с которого начинал. Автор, убедительно показавший, что роман как форма безнадёжно мёртв, предпринимает попытку если не воскрешения его, то по крайней мере синтезирования из подручных средств. Из разрозненных псалмов, писем, репортажей, зарисовок, диалогов возникает эпическое полотно, из просторечия – пресловутая новая искренность. На последнем стоит сделать акцент, ибо можно сколько угодно рассуждать о том, иронизирует Сорокин таким образом или нет, но ничто в «Теллурии» не звучит так убедительно и проникновенно, как незамысловатые рассказы самых, казалось бы, примитивных её обитателей – женщины-зооморфа, кентавра и безымянного охотника, хозяина Пирата. Это же обстоятельство заставляет внимательнее присмотреться к последним страницам романа, где Сорокин, едва ли не впервые, не только даёт прогноз, но и предлагает выход. Близость к природе, опрощение, отшельничество. Маячит там и Робинзон, которому не нужен Пятница, потому что по-настоящему честным можно быть только наедине с самим собой.
Но что это – первые проблески так называемого метамодерна, ещё плохо прижившегося на нашей почве, призыв к возвращению на старые позиции или всё те же постмодернистские игрища со смыслами? – этот вопрос, увы, остаётся открытым.