Пресса

Время смеется последним

Анна Наринская Ъ-Weekend Анна Наринская

Название-загадка этой пулитцероносной книги "А Visit From The Goon Squad" (речь тут идет не о визите гуннов, а о нападении рэкетиров) в русском переводе стало вовсе не загадочной фразой "Время смеется последним". Такой заголовок звучит неловко, но при этом верно передает идею романа (в принципе, весь перевод Натальи Калошиной производит такое впечатление — не очень изящно, но вполне достоверно). Так вот, идея такова: как ни брыкайся, победителем все равно останется "ужас, который был бегом времени когда-то наречен". 

Это, в некотором роде, дают понять читателю большинство существующих романов "длиною в жизнь" — мечущийся (и искрящийся) молодой герой неизбежно превращается "со временем" в умудренного (и довольно тусклого) зрелого персонажа разной степени счастливости/несчастности. Но мало кто обсказывает и обыгрывает мысль о необратимости времени, о постоянном перетекании настоящего в прошлое, о пугающей неизбежности будущего с подобной целеустремленностью. 

Иган занимается этим со всей возможной последовательностью. И на уровне формы: в книге, например, имеется глава, состоящая из компьютерных схем (в интернет-версии к ним прилагаются аудиоролики), написанная (то бишь нарисованная) от лица маленькой девочки, живущей в двадцатые годы нынешнего века. И на уровне содержания: текст изобилует поворотами сюжета, представляющими одного из героев — только что соблазнительно игравшего загорелыми мускулами на пляже — бессильным стариком, пришпиленным к капельнице, а одну из героинь — только что прилежно учившую уроки, несмотря на тяжелое детство,— чуждой нам, но всесторонне прекрасной девушкой-менеджером опять-таки из ближайшего будущего. 

Но самая трогательная, вернее, самая трогающая линия повествования, касается как раз не будущего, а прошлого. Роман Иган составлен из историй разных персонажей, так или иначе связанных с судьбой неудавшегося панк-рокера и удавшегося музыкального продюсера Бенни Салазара. Рокеру, как известно, пристало быть молодым или никаким. В романе Иган рокеры и их фанаты стареют по-разному, но прошлое — "время, когда в жизни ничего еще не решено",— оказывается одинаково незабываемым и безусловно прекрасным, приходилось ли оно на "развратные" семидесятые, "трудоголические" восьмидесятые, "расползающиеся по швам" девяностые. По Иден, молодость стоит мессы, даже черной. Вот только Мефистофелю нет до нас никакого дела.


ЗДЕСЬ УПОМЯНУТО