Любимая писательница вашей любимой писательницы: вышли "Записи для Джона" Джоан Дидион
В издательстве Corpus вышла книга Джоан Дидион "Записи для Джона", которая познакомит с писательницей с новой стороны. Многие знают Дидион как автора книг "Ползут, чтоб вновь родиться в Вифлееме" и "Год магического мышления", которыми зачитываются звезды и интеллектуалы со всего мира, и как неприступную писательницу в огромных солнечных очках. Она не боялась правды и прямо смотрела на проблемы американского общества. Ближе к концу жизни ее ждала трагедия, которую невозможно пережить. "Записи для Джона" — это отрывки из дневника писательницы, который она вела во время своих визитов к психотерапевту. В них можно увидеть, каким хрупким был мир Дидион и как быстро он был разрушен.
Дидион признана одной из наиболее влиятельных американских писательниц и журналисток. Родилась в Сакраменто, штат Калифорния, в 1934 году. Училась в университете Беркли, на старшем курсе по совету матери приняла участие в конкурсе Vogue, победители которого могли получить работу в журнале. Джоан Дидион выиграла и в 1956 году переехала в Нью-Йорк, где и началась ее карьера. Днем она работала копирайтером и младшим редактором, а по ночам писала свой дебютный роман, редактировать который помогал ее будущий муж Джон Грегори Данн. После свадьбы в 1964 году они переехали в Лос-Анджелес и удочерили девочку Кинтану-Pоо. В 1968 году Дидион опубликовала первый сборник своих эссе и статей под заголовком "Ползут, чтобы вновь родиться в Вифлееме", он считается один из лучших образцов новой журналистики.
Нарративная персона Дидион всматривается в происходящее вокруг нее, записывает сцены, диалоги, детали, порой кажется даже пассивной. Она ведет повествование спокойным сдержанным тоном, но выстраивает драматические контрасты. Сегодня нельзя не заметить, что во многом взгляд писательницы ограничен ее происхождением и положением в обществе, но надо отдать должное Дидион: она никогда и не пыталась притвориться кем-то другим, она точно знала, кто она и из какой позиции пишет — как привилегированная белая женщина из Калифорнии. Тем не менее никакие ограничения не помешали ей как журналистке наглядно описать разобщение в послевоенной Америке, а позже и трагедии, катастрофы, коррозию американской демократии. За свою жизнь Джоан Дидион написала еще четыре романа, более десяти нон-фикшен-книг, куда вошли ее критические эссе, политические репортажи и мемуары, и с каждым текстом ее мастерство и влияние росли.
Десятилетиями Дидион описывала и осмысляла в текстах значимые для американской культуры и истории события. Ее бесспорно можно назвать голосом поколения. Совместно с мужем они создали несколько киносценариев, а картина "Паника в Нидл-парке", над которой они также работали, была номинирована на "Золотую пальмовую ветвь" Каннского фестиваля. В 2013 году президент Обама вручил Дидион национальную награду, а в 2015-м уже 80-летняя писательница, известная своим минималистичным стилем и большими темными очками, стала лицом бренда Celine. Тем не менее блистательная карьера и интереснейшая жизнь еще никого не спасали от болезненных личных потерь. В 2003 году, накануне сорокалетия их брака, неожиданно умирает Джон Данн, а в 2006 году после нескольких лет болезней — приемная дочь Кинтана. Им Джоан Дидион и посвящает "Год магического мышления" и "Синие ночи" — две последние книги, именно по ним писательница наиболее известна русскоязычному читателю. Дидион умерла в Нью-Йорке в 2021 году.
Она завещала передать свой архив Нью-Йоркской национальной библиотеке. Среди прочих документов было найдено 150 листов, которые после небольшой редактуры и составили новую книгу "Записи для Джона". Примерно в 2000 году Джоан посещает одного из известнейших психоаналитиков в Нью-Йорке. Она приходит к нему не совсем по своей инициативе, но в надежде разобраться, как она может помочь дочери решить проблемы с алкогольной зависимостью. Записи Дидион ведет, обращаясь к мужу, отсюда и происходит название книги. Самые первые сессии пропущены, но читатели все равно могут по записям наблюдать, что писательница открывается не сразу. Она признается, что всех держит на дистанции. Порой шутит, как привыкла делать это в интервью, а психоаналитик иногда забывается и рассказывает ей про себя. Но от сессии к сессии Дидион все больше доверяет терапевту и описывает эпизоды из детства, из материнского опыта, осмысляет депрессию отца и свою, признает страх старости и потери здоровья. В центре обсуждений всегда — обеспокоенность проблемами дочери.
Читая, мы видим, как Джоан проносит детские тревоги военного и послевоенного времени сквозь всю жизнь и боится, что это могло повредить ее дочери. Она беспокоится, что их с мужем трудоголизм и постоянные перемещения лишили Кинтану нормальной детской социализации и стабильности.
В "Синих ночах" Дидион тоже приводит историю, что дочь запомнила маму по фразе: "Причеши волосы, почисти зубы, ложись спать — и не мешай мне работать".
Сейчас же, когда Кинтане 35, Джоан не может работать из-за тревоги за нее. Доктор настаивает, что супругам нужно отпустить дочь, закончить гиперопеку и дать ей шанс справиться с жизнью самой, поверить, что у нее получится, и не винить себя за ошибки, которые неизбежно допускает каждый родитель. Сделать это очень сложно, а мы, читатели, знаем, что этой семье осталось совсем мало времени вместе.
Возможно, Джоан Дидион начала протоколировать сессии не только для мужа, которому тоже было рекомендовано посещать психотерапевта, но он отказался и только пару раз присоединился к жене на ее сессиях. На вопрос о том, зачем Дидион пишет, она всегда отвечала, что для нее это единственный способ понять, с чем она имеет дело.
Но, может быть, уже в момент разговоров Дидион осознала, что эти материалы могут пригодиться ей позже для будущей книги. И, без сомнения, в "Годе магического мышления" и "Синих ночах" мы увидим следы этого свидетельства. Только в автобиографических книгах Джоан тоже занимает дистанцированную позицию, она делится личным, но оно упаковано и обработано в безукоризненно отполированные емкие предложения. В книгах и интервью она как будто остается в своих знаменитых солнцезащитных очках, мы не можем заглянуть ей в душу. В "Синих ночах" проблемы Кинтаны с алкоголем почти не упомянуты, хотя именно они если и не стали главной причиной ее ранней смерти, то в любом случае сильно усугубили течение последующей болезни.
В "Записях к Джону" мы видим Дидион такой, какая она есть: нервной, сомневающейся, не очень хорошо понимающей, что делать, находящейся в созависимых отношениях и с мужем, и с дочерью, и с работой. Дидион долгие годы боялась, что с Кинтаной может что-то случиться, и ее худшие опасения подтверждают психотерапевт ее дочери и ее собственный. "Записи" раскрывают уязвимость Дидион в полной мере: перед нами не писательница и журналистка, а тревожная стареющая хрупкая женщина.
Именно эта незащищенность писательницы вызвала в интернете обсуждения, насколько этично читать личные записи, на публикацию которых Дидион не давала прямого разрешения.
Некоторые фанаты из уважения к ней отказываются от этой возможности и осуждают издательство-правообладателя за желание еще нажиться на наследии. Но вряд ли, хорошо зная индустрию изнутри, Дидион не понимала, что будет происходить дальше с ее архивом.
Интересно, что в книге приведен документ, который она зачитывает врачу. В юности писательница уже обращалась в сложной ситуации к психотерапевту и тоже ее задокументировала. В университетской записке сам протокол еще менее точный, сумбурный, но все же стиль уже узнаваемый. За время первой работы в Vogue Дидион отточит его до того совершенства, которое ее и прославит. Доктор предлагает показать эту записку дочери, он в целом нередко во время сессий советует Дидион рассказать Кинтане про ее сомнения и слабости, перестать быть такой успешной и безупречной в ее глазах. И у нас благодаря "Записям к Джону" есть шанс заглянуть в текст другой Дидион, в ее сырой материал и проследить, как размышления и переживания в кабинете психотерапевта переплавляются в художественный текст. Может быть, новому поколению такой способ разобраться с происходящим сегодня кризисом подходит больше.